Для художника нравственная жизнь человека — лишь одна из тем его творчества. Этика же искусства — в совершенном применении несовершенных средств. Не приписывайте художнику нездоровых тенденций — ему позволено изображать все. (Здесь и далее цитаты из романа О. Уальда "Портрет Дориана Грея")

Ему присвоено звание дворянина, он член Международной Академии живописи, до его первого визита в США там уже находилось порядка 600 его работ, он написал портреты 20 президентов. Недавно портрет В. В. Путина, его кисти был пиратским образом перенесен на майки, которые пользуются большим спросом на Арбате. Обида художника не только и не столько в том, что с портрета убрана его подпись и его не поставили в известность о коммерческом использовании его работы, но то, как переврали при этом цвета — вот что особенно обидно. Его имя — от матери литовки, но в разных странах его считают то бразильцем, то греком. Он лично знаком со звездами политики, искусства, бизнеса. Он может себе позволить задержать пресс-конференцию до прихода нужных ЕМУ людей. С недавнего времени портрет, написанный им, стал таким же атрибутом социального статуса как постоянная аренда ложи в Ла Скала. Он — Никас Сафронов, русский художник, считающий, что нормальное явление — зарабатывать на продаже картин хорошие деньги.

Ненависть девятнадцатого века к реализму — это ярость Калибана, увидевшего себя в зеркале. Ненависть девятнадцатого века к романтизму — это ярость Калибана, не находящего в зеркале своего отражения.

 — Что такое сегодня жанр портрета, парадного портрета человека, лицо которого подчас знает вся страна, а то и весь мир, почему они вами написаны именно так, как многие говорят "приукрашенно"?

 — Портреты могут быть ангелами-хранителями тех, кто на них изображен, оберегая их в первую очередь от внутренних отрицательных, саморазрушительных черт характера. Если созданный на полотне образ подчеркивает в образе духовность, положительное начало, даже просто внешнюю красоту, человек как бы тянется за своим изображением, стремится ему соответствовать, становится лучше и внешне и внутренне. Да, я действительно пытаюсь найти лучшие стороны в изображаемых мною героях, но, во-первых, в каждом человеке есть что-то прекрасное, а во-вторых, живопись сохраняется долго, и мне хотелось бы, чтобы наше время спустя столетия представляли по моим картинам временем красивых и достойных людей. Есть еще и такой момент. В общении с художником человек стремиться предстать своей самой выгодной стороной, я не являюсь конкурентом в бизнесе, противником по политическим убеждениям и т. п. Я общаюсь с теми моделями, которых я имею возможность писать достаточно долго в домашней спокойной обстановке, а это всегда на пользу внешности.
Можно верить или не верить в мистику, но знаменитый автопортрет Ван Гога с отрезанным ухом меняет уже 10-го владельца, и ни один из них не остался в стороне от его разрушительной силы — трагедии следуют одна за другой. То, что заложил в него художник живо до сих пор и действует на людей. С другой стороны, сегодня для обеспеченного человека очень сложно подобрать подарок, а портрет всегда кстати — это в первую очередь знак внимания к его личности, ненавязчивый комплимент и просто вещь, которая долго сохраняется в доме и не теряет стоимости.

—

Интерьер мастерской (точнее сказать парадной мастерской), кстати, очень небольшой, состоит из сочетания казалось бы несочетаемых вещей. Это коридор узкий с необозримым количеством фотографий художника рядом с его друзьями, заказчиками, тех, кого он рисовал, рисует или собирается рисовать. Основное помещение  — это подарки, сувениры, книги по искусству и собственно работы художника, попутно можно наткнуться то на диплом присуждающий звание академика живописи, то на диплом о присуждении дворянства в "художественном" беспорядке разместившиеся по всей зале. Здесь же мольберт с последней работой, настоящие иконы, антикварное кресло со звериной шкурой, череп бабушки (настоящий), факс (включенный), компьютер (выключенный) и много другого. Рассматривание интерьера весьма занимательное времяпрепровождение, но скорее уводит в сторону от личности владельца, чем проливает на нее свет. На всех фотографиях Никас очень разный, кажется, что он в момент общения становится своеобразным отражением собеседника, его дополнением. Он говорит, что ему легко общаться с людьми, у которых как и у него отрицательный резус фактор — Софи Лорен, например, но похоже он умеет настроится на любого собеседника, ему нравятся или интересны все.

—

Во всяком искусстве есть то, что лежит на поверхности и символ. Кто пытается проникнуть глубже поверхности — идет на риск.

Миф первый — он пишет по фотографии.

 — На самом деле таких работ — единицы. Был такой случай, когда меня попросили написать портрет трагически погибших в автомобильной аварии молодой женщины и ее дочери. Я действительно пользовался съемками, паспортной фотографией, устными описаниями. Потом с этой картиной произошел мистический случай. Видимо что-то не сложилось у нижнего слоя лака с краской и вся картина просто "стекла" вниз ровно через год после ее написания. Это был первый и последний раз за всю мою творческую жизнь. Я потом опять восстановил все по уже изданному в каталоге изображению. Выдающиеся личности, которых я писал мне позировали, я делал зарисовки, наблюдал их в жизни. Ведь рисование это воссоздание целостного образа, а не просто воспроизведение, этот образ как фантом витает вокруг моего мольберта, пока я воссоздаю его в красках на плоскости. У каждого человека есть удачные и неудачные ракурсы, и профессионалы (и фотографы, и операторы, и художники), как правило, выбирают именно их, если хотят представить человека в выгодном свете. Поэтому если мои портреты и совпадают с ракурсами на нескольких известных фотографиях, то в этом виноваты законы жанра, а не то, что я пишу по фотографиям.

—

Работы, которые явно писались "для себя" — это полигон для экспериментов с самыми разнообразными живописными техниками. Например, пейзаж, написанный очень рельефными мазками и яркими красками, а затем покрытый полупрозрачным слоем жидких белил. На "вершинах" красочных гор белил нет, зато они полностью залили "пропасти". Эффект очень своеобразный, техника явно гораздо сложнее описанной (дилетанты не пытайтесь повторить!) ощущение такое, будто смотришь сквозь туман на солнечный день. При этом в зависимости от дистанции между зрителем и картиной ее образ меняется. Есть ряд работ почти дословно копирующих технику малых голландцев, классиков 19 века, при желании можно найти и Никаса Айвазовского и Никаса Дали.

—

Всякое искусство совершенно бесполезно.

 — Вы работаете как живописец и являетесь продюсером для самого себя — это нормально для современного художника?

 — Заниматься коммерцией, личной продажей собственных работ — это необходимость, а не творческая потребность. Чтобы успешно продавать предметы искусства, надо в них хорошо разбираться и в вещах и в тех людях, которым ты эти вещи предлагаешь. Уметь общаться, слушать и т. п. У меня были попытки сотрудничества, как с разными галереями, так и с агентами, но пока лучше всего продажи идут у меня самого, но, повторю, это не моя специальность. Мой метод можно сформулировать так — под каждую конкретную задачу я ищу конкретное решение. Мою живопись могут видеть самые разные категории людей. Есть каталоги, где я тщательно следил за качеством иллюстраций, есть мои интервью (а я всегда иду навстречу журналистам), я не отказался и от программы по размещению фотографий моих полотен на билбордах в городе, может быть, не так часто, как хотелось бы, но выставки проходят. Кстати потом с ними произошла забавная история — поступило предложение от одного обеспеченного человека разместить щиты с моей живописью у него на даче. Конечно, в украшении ландшафта билбордами есть своя прелесть — они хорошо сохраняются в непогоду, долго не выгорают, но все-таки я отказался.
Если мне нужен выход на определенную аудиторию с определенным отношением к публичности, то я провожу аукцион в закрытом клубе, если есть спрос на мои работы в виде репродукций, я их печатаю и распространяю через книжные магазины.

—

Историческое отступление.
Непризнанный гений — изобретение для человечества совсем недавнее. В Древней Греции Красота понималась как абсолютно конкретное следование вполне понятным канонам (философии, эстетики, вкуса). Кто не разделял эллинского мировоззрения попадал в разряд варваров. Поэтому успех у коллег, признание критикой, коммерческий успех и вхождение в "массовую культуру" были формально разными сторонами одного понятия — Успех. В средние века мастерство художника основывалось во многом на использовании технических секретов, которые передавались от Мастера Ученику, чтобы получить к ним доступ, а значит претендовать на звание лучшего, самого успешного и высокооплачиваемого надо было отвечать опять же общепризнанным канонам, которые не подвергались сомнению Ранг любого ремесленника определялся рангом его заказчика, а вкусы диктовали самые богатые дворы. Единственной, кто мог оспорить мнение массовой культуры была церковь, но и то не на предмет креативности или качества продукта, а на предмет его соответствия идеологии. С появлением буржуазии, как ни по совковому это звучит художник получил возможность выбора — престиж или деньги. Если сначала финансовый магнаты корректировали свой вкус с оглядкой на аристократию, то потом перестали. Итак либо Академия, либо рынок. А раз есть выбор, то нет однозначных критериев, раз нет критериев надо выработать свои. Чем в 19 веке и занялись художники. Правда, подчас за выполненные по их критериям работы никто не готов был платить ни престижем ни капиталом. Вот тут и родился миф о романтической личности, опережающей время. Сегодня возможно все вернется на круги своя. И современный художник, подобно Веласкесу или Поликлету без угрызений совести будет воспринимать социальный заказ как повод для творчества, а не тормоз на его пути.

—

Художник должен создавать прекрасные произведения искусства, не внося в них ничего из своей личной жизни. Мы утратили способность отвлеченно воспринимать красоту.

Миф второй — казанова от искусства.
Портретист сегодня — это психолог, артист и дипломат в одном лице. Сейчас он готовит книгу, что-то в духе автобиографии, так что "трепещите в ожидании".

 — На самом деле место для мифа вокруг себя художник всегда имеет право оставлять, но стоит отличать мифы от неправды. Так, можно просто сказать, что ты провел несколько дней в джунглях Амазонки, а можно преподнести "вкусную" историю об общении с дикарями-людоедами. Хотя кто проверял — местное население, с которым общаются путешествующие в таких местах, на самом деле людоеды или нет.

—

Биографии многих художников становились не меньшим произведением искусства, чем собственно их творенья. Дипломат Рубенс, авантюрист Челлини, художники узнавали тайны королей, возносили на небеса в виде мадонн и ангелов куртизанок, становились то жертвами, то вершителями порядка — Давид сознательно голосовал за смерть Марии Антуанетты и искренне писал "улучшенный" портрет Наполеона. Отношения с заказчиками также складывались по-разному. И биографии работ также не уступают порой в своей увлекательности признанным живописным шедеврам. Есть сведения, что на фреске сикстинской капеллы папе не хватало золотых украшений на праотцах и пророках, и только хитростью Микельанджело удалось избежать этой позолоты, теперь представляющейся немыслимой. Но если бы не медлительность пап, то собор святого Петра, возможно и не стал бы шедевром архитектуры.

—

Если говорить о форме, — прообразом всех искусств является искусство музыканта. Если о чувстве — искусство актера.

 — Станковая живопись — это то чем вы успешно занимаетесь уж много лет, не было ли искушения расширить рамки творчества, попробовать себя как скульптор, иллюстратор, например?

 — Было несколько предложений по расширению сферы деятельности. Так для Ефремова я делал серию эскизов для постановки "Вишневого сада". Но после разговора с Валентином Гафтом я понял, что сценография — особое искусство со своими законами, требованиями, спецификой. Так что эскизы я передал, а об их дальнейшей судьбе ничего не знаю. Чтобы сделать достойную вещь в новой для себя области, я должен затратить значительное время на ее изучение, а, к сожалению, этим временем на сегодняшний день я не располагаю. Это касается и архитектуры — так я предложил идею "Дом - яйцо Фаберже", но естественно детальная проработка — дело профессионалов из другой отрасли.
Кроме собственно живописной работы я курирую несколько некоммерческих проектов — таких как строительство православного храма, помощь родному Ульяновску. Я разрешил использование своего имени как торговой марки пива "Никас" и водки "Safronov", которые там продаются. Как вы понимаете, сочетание классическое для нашего народа. Качество этих продуктов подтверждено дипломами выставок. Все доходы идут городу.

Те, кто в прекрасном находят дурное, — люди испорченные, и притом испорченность не делает их привлекательными. Те, кто способны узреть в прекрасном его высокий смысл, — люди культурные. Они не безнадежны. Но избранник тот, кто видит лишь одно — Красоту.

Миф третий — он работает "под клиента", он готов тиражировать свои работы.

 — С разными заказчиками у меня складываются разные отношения. Был случай, когда за портрет дочери платил отец, я выполнил его пожелания, а потом у нее появились свои требования, но в итоге я не стал его переписывать (девушка хотела переделать весь фон). Через некоторое время, когда этот портрет несколько раз выставлялся, его купили, просто как картину, а не изображение реального человека. Когда первый заказчик, увидев его в каталоге, все-таки решил купить его или его копию, я ему отказал.

В искусстве есть только два важных момента. Первый — появление новых средств выражения, второй — появление в нем нового образа.
Нет ничего такого, чего не могло бы выразить искусство.

 — Важна ли для вас модная тенденция, новые направления, технологии, идеи?

 — На сегодняшний день я как художник уже сформировался и новые тенденции или веяния не могут радикально изменить то, что я делаю. На меня оказали влияние в свое время и Дали, и Тернер (невероятно популярный в Англии живописец). Русская живописная школа, которую я прошел, по сей день очень сильна, но, как и во всем, есть тонкости. Много зависит от преподавателя. Жесткий академизм в состоянии убить индивидуальность, так же как и чрезмерный диктат Мастера. Так, из мастерской Моисеенко выходят его уменьшенные копии, а не индивидуальности. Особенно это заметно, например, в Японии, там внутри школ почерки отдельных учеников подчас совершенно неразличимы, но это другая культура и другое отношение к жизни. Когда я преподавал, то никогда не стремился к насилию. Эксперименты с живописными возможностями классической масляной техники для меня далеко не исчерпаны. (В мастерской есть несколько работ в самых разных стилях — фактурная живопись, классическая, различные сочетания техник, и поиски идут отнюдь не только в жанре портрета — есть жанр, пейзаж, натюрморт — прим. ред.). Мне интересно смотреть то, что делается в искусстве с помощью компьютерных программ, но сам я пока не чувствую необходимости в этих методиках. Может быть, это звучит банально, но мне нравится в любом жанре то, что сделано людьми, умеющими рисовать.

Подлинная красота исчезает там, где появляется одухотворенность. Высоко развитый интеллект уже сам по себе некоторая аномалия, он нарушает гармонию лица. Как только человек начинает мыслить, у него непропорционально вытягивается нос, или увеличивается лоб, или что-нибудь другое портит его лицо. Посмотри на выдающихся деятелей любой ученой профессии — как они уродливы!

 — Когда вы работаете, важно ли для вас что станется с произведением потом, что будет вокруг, где его повесят, в конце концов?

 — Мне, конечно, важна судьба моих работ, где они будут располагаться, как часто на них будут смотреть. Условно можно говорить даже о разных жанрах живописи для разных помещений. Мои работы могут размещаться практически везде — от гостиной до спальни или кабинета, и это будет другой дом, надо только точно подобрать то, что нужно из широкого "ассортимента" моих картин.
Мне случалось писать и под точное место размещения. Так, парадный портрет президента Эквадора традиционно пишется за год до его отставки и размещается в галерее, среди портретов его предшественников. Площадь картины, в некоторой степени стиль — все было лимитировано. Тем не менее, это была успешная работа, как в творческом плане, так и хороший политический шаг. Если говорить о месте живописной работы в пространстве, то музей — это, конечно, один из лучших способов представления проверенных временем работ. Это место почти храм, в него идут с определенным настроем, сама атмосфера, энергетика этого места помогает сосредоточенному восприятию работы, вдумчивому контакту зрителя и произведения.

* Персонаж романа О.Уальда "Портрет Дориана Грея", художник, автор того самого портрета, вокруг которого разворачивается действие романа. Надеялся показать миру "абстрактное лицо красоты". Убит Дорианом Греем в 13 главе.